Work Text:
— А я тебя предупреждала, что это плохо закончится.
— Ты меня предупреждала, что наши дети порвут друг другу глотки, — поправил Крис, глядя как за окном машины разбирают детей после школы. — Точнее, или твои прикончат мою или моя уморит твоих. В итоге, все выглядит неплохо.
— Их отстранили на неделю. — Он слышал, как Талия вздохнула. — Считаешь, это неплохо?
— Оцени это как мать, а не член муниципального совета и публичное лицо.
Его машина выделялась на стоянке габаритами. После того, как они с Талией официально съехались, Крис купил «Ленд Крузер Прадо», и Лора — самая старшая и ехидная, тут же сострила по поводу размера его мужских причиндалов, а когда Талия без лишних церемоний съездила ей по загривку когтистой рукой, предсказуемо зарычала, выпуская клыки и съязвила по поводу седьмого вакантного места, претендент на которое, небось, уже зреет в чьем-то животе. Тогда уже не смолчал Крис. Лора в злых слезах заперлась в своей комнате, и еще пару месяцев демонстративно обходила японского четырехколесного монстра по дуге. Монстр торчал сейчас на пустеющей стоянке, а все четверо детей Хейл-Арджент торчали под кабинетом директора. Крис тусовался там же, поодаль, ожидая вызова на ковер и используя временную передышку для совещательного звонка жене.
— Как мать я ими, конечно, горжусь, — наконец сказала Талия, попутно успев дать задание секретарю. — Но неделя дома? Они разнесут его по доске.
— То есть, тебя больше волнует не то, что наши дети устроили на подготовке ко Дню Свободы и Равенства бучу, обвинив руководителя театрального кружка и руководство школы в предвзятом взгляде на историю, а то, что им перепала неделя внеплановых каникул?
— Напомни-ка мне суть манифеста.
— Охотники не были так плохи, как их показывают, а оборотни так уж угнетены, как хотелось бы для Веркоалиции.
— Иисусе и Матерь Волчья, — судя по звуку, Талия не то собиралась рассмеяться, не то всхлипнуть. — Хочу это в подробностях.
— Расскажу, когда вернемся.
Из кабинета директора выглянула секретарь и поманила его.
— Мне пора идти.