Chapter Text
Изредка тонкие пальцы касались светлого шрама на лбу, словно намеренно вызывая воспоминания. Хотелось бы, ей бы чертовски сильно хотелось, чтобы все вспоминания были светлыми и хорошими, но она вечно была по ушли в неприятностях. Вот она, маленькая, лохматая и напуганная садится на стул, стараясь не смотреть на любопытных учеников и ждёт, пока шляпа выберет её факультет. В тот момент у неё со шляпой разногласия, а потому она вступает в дебаты с ней, лишь бы не попасть туда, где ей расписали каждого ученика высокомерным засранцем. Вот она, всё ещё маленькая, но такая отважная, мчится на метле, которую оседлала впервые в жизни, чтобы поймать подарок Невилла Лонгботтома, и получает вместо выговора место в команде по квиддичу. Вот она получает подарки от миссис Уизли и безумно радуется новым свитерам, не понимая, почему её лучший друг недоволен, смущен и вообще не желает носить такие вещи. Почему-то самые тёплые воспоминания именно о матушке Уизли.
Вот она постигает новые предметы и, что странно, учителя отмечают её успех. Особенно профессор Снейп, который занимался с ней зельеварением и ещё кучей внеклассных занятий, по просьбе Дамблдора.
Вот она защищает своего кузена Дадли от дементоров, которые появились в их городке, когда Волдеморт приказал напасть на неё, после чего начинается министерское разбирательство. Она ведь предупреждала, кричала о том, что Тёмный Лорд вернулся, но все настолько боялись, что проще было заткнуть подростка, чем начать что-то делать.
Вот она встречается лицом к лицу с существом, которое оставило ей сиротой и преследовало её каждый школьный год, но каждый раз ей удавалось увернуться от смерти, что следовала за ней по пятам. Даже как-то удивительно, что, будучи магнитом для неприятностей, она умудряется отвертеться от серьезных проблем вроде смерти.
С каждым годом на теле все больше шрамов, она падает, но рядом всегда есть друзья, которые поднимут, отряхнут и последуют за ней хоть куда, во всех смыслах. Им было шестнадцать, когда они отправились искать тот самый способ убийства терроризирующего всю страну деспота. Ночевать в палатке, бродить по лесам, полям, постоянно скрываться, есть через день, удовольствия мало, практически нет, но всё же итог один. Она помнит холод Смерти, что дала ей шанс вернуться назад. И это позволяет ей мыслить здраво, держаться ровно посередине. Она не плохой человек, но и не ангел.
Пророчество было исполнено, так или иначе.
Она слишком отчетливо, слишком хорошо помнит каждое действие, приближавшее её к Пророчеству. Открыла ярко-зеленые глаза, выдохнув. Ей сорок пять лет, она глава управления аврорами, Тёмного Лорда давно не существует, у руля магического мира Британии находится Гермиона, её лучшая подруга, и всё отлично.
Вроде бы.
Подняла голову, заметив патронуса. Терьер.
«Не хочешь зависнуть вечером?»
Голос Рона, уставший и вымученный, но она слабо усмехается, достав палочку.
— Конечно, я аппарирую с Гермионой. — Произносит она, отправив своего патронуса-оленя, в лавку Уизли, где он работал почти всю жизнь, помогая братьям с разросшимся делом. Встала из-за своего места, посмотрев на алую мантию, но может лишь выдохнуть, поправляя черную рубашку, достаточно просторную и не сковывающую движения. — Меня не существует! — Громко оповестила весь офис, двигаясь к выходу. К черту, просто к чёрту этот день, эту работу, к чёрту её саму, воспоминания туда же, вместе с кошмарами, что настигают во время сна, подбрасывая воображению картины уничтоженного мира, который бы последовал, если бы она умерла в самом деле.
— Пока, Гарриет! — Донеслось с разных сторон, и она вышла в коридор, уклонившись от самолетика.
Добраться до кабинета министра магии ничуть не сложно, сложнее не попасться никому на глаза, чтобы не застрять ещё на какое-то время. Кивает помощнику, долбясь в дверь костяшками пальцев. Слышит усталый стон и распахивает дверь, находя свою лохматую подругу в завалах документации. Она поднимает на неё взгляд карих глаз и вымученно улыбается. Гарриет Поттер, запустив ладонь в густые, не менее лохматые волосы цвета смолы с белоснежной и редкой сединой, которая пробилась ещё в двадцать лет, усмехается.
— Слушай, может, в отставку?
— Что ты делаешь, я же соглашусь. Что случилось?
— Рон хочет выпить с нами, поныть на жизнь.
— Гриммо? — Уточнила женщина, встав из-за стола. Поттер кивнула. — Супер. Пошли. Быстрее, а то меня ещё чем-нибудь нагрузят. Слушай, а твоя лицензия на тёмную магию будет тебя защищать, если я попрошу меня убить? — Гарриет кривит губы, но недовольно качает головой.
— Я тоже заебалась.
***
Подняли стаканы со взрывателями, но так и не выпили, замерев и уставившись в пустоту.
— Скажите, вас тоже не устраивает ваша жизнь? — Пробормотала Гарриет. Рон крякнул от смеха, после чего спрятал улыбку за стаканом. Гермиона только обреченно застонала. — Ну как бы. Я не знаю, но меня иногда как-то накрывает, что после того, что было с нами в школе, наша остальная жизнь напоминает какую-то странную версию стазиса. Ты вроде живёшь, что-то делаешь, но ничего не хочешь и ничего такого и не происходит, что вызовет лавину и убьёт на месте.
— А ты бы хотела повторения? — Гарриет только хохотнула, но показала, что такого ей больше не хочется. — Тогда не понимаю сути вопроса. — Поттер залпом выпила содержимое своего стакана и подалась вперёд.
— Я не знаю. — Повторила она, поставив бокал и выставила руки, словно объяснение должно было появиться на её ладонях. — Мы справились. Выжили. Победили. Мы с тобой, — указала на подругу, — вернулись в школу и доучились. Потом ты пошла в активисты, я ушла учиться дальше, параллельно воспитывала Тедди, пыталась что-то там сделать в своей личной жизни. Тедди получил письмо, и я просто пахала как лошадь с того момента, иногда вспоминая про Рождество и про то, что у моего крестника есть каникулы и его надо развлекать. Но сейчас всё такое…
— Однотипное. Скучное. Взрослое. — Поняла Гермиона и Гарриет кивнула, жестом приманивая бутылку и наливая новую порцию взрывателя.
— Вы сами выбрали карьеру, я предлагал Гермионе встречаться. Твоего парня грохнули ещё в школе, потом ты с Луной ещё разошлась, а потом я перестал ходить к вам в гости, потому что мужики, которых вы выбираете и которые выползают от вас по утрам, страшные. — Заговорил Рон, вытянув ноги.
— Спасибо. — Одновременно сказали женщины без особой радости в голосе. Рон был простым и не всегда контролировал свою речь. Гермиона вытащила из своей сумки небольшую коробочку и протянула Гарриет. — Что это? Ты решила приударить за мной? Прости, но девушки меня больше не интересуют. — Грейнджер закатила глаза, но усмехнулась.
— Я хочу, чтобы ты посмотрела на формулу этого маховика.
— Маховик? Они ещё есть? — Рон подался вперёд, нахмурившись. — Мы же все уничтожили, когда незаконно вломились в Министерство. — Гарриет достала палочку, проводя над маховиком времени. Нахмурилась.
— Формула этого маховика странная… Действительно странная. У него…нет временного ограничения. Он…не совсем понимаю, он не возвращает носителя? — Грейнджер улыбнулась, кивнув.
— Я поэтому и хотела тебе его показать, очень интересно, не правда ли? Невыразимцы нашли, его им подкинули. — На её лице появилось желание жить, что заставило друзей усмехнуться. Надо было идти ей в ученые.
— Как бы это не было интересно, его необходимо уничтожить. Мы уже поняли, что перемещения во времени — это чертовски плохая вещь не в тех руках. — Рон отпил из своего бокала, прочистив горло, что першило с самого утра.
— А вот если бы ты захотела воспользоваться этим маховиком. Куда бы ты отправилась? — Гарриет даже не задумывалась, замотав головой.
— В моей жизни нет ничего такого, что я хотела бы изменить. Рон, мы потеряли очень многих, одно перемещение ничего не решит. Разве что переместиться во времена молодого Реддла и придушить его к хуям собачьим. — Прорычала она, вызвав смех у друзей. Они прекрасно знали, что она бы не решилась на убийство.
— Это вызовет иные последствия. — Заметила Гермиона и приосанилась. Начиналась любимая часть их пьяных посиделок.
А что, если бы…?
А что, если бы Том Реддл не нашел Тайную Комнату? А что, если бы Гарриет была парнем, как бы она действовала в таком случае? Была бы избранным?
Гарриет тоже не отставала и спрашивала, что было бы с её друзьями, если бы они сошлись? Гермиона щурилась, Рон смеялся, но убить её никто не пытался.
— А если бы Волдеморт был геем? — Рон пожал плечами, захмелев. — Ну а что?
— Мы с ним с трудом справились, когда ему никто не нравился, я не хочу думать о том, что у него могло быть влечение к людям в принципе.
— Звучит очень…у маглов такое слово…
— Гомофобия? — Неуверенно подсказала Гермиона, улыбаясь. Рон щелкнул пальцами, соглашаясь. Гарриет чуть пьяно изогнула бровь.
— Я гомофоб? Рональд. — Она оскалилась. — У меня парней было больше, чем у тебя. У меня девушек было больше, чем у тебя.
— Ой, иди в жопу. — Со стороны коридора, под их дружный хохот, послышался грохот падающей в который раз подставки для зонтов в виде ноги тролля. В тот же момент начал кричать портрет Вальбурги Блэк, вынудив Гарриет, невольную хозяйку дома встать, разминая шею.
— Да заткнись ты, заткнись, ради всего святого, женщина, завали… — Красный луч, ударившийся прямо в плотную и облегающую тело жилетку из драконьей кожи, заставил Гарриет отлететь назад, ударившись спиной о стол, стекло которого осыпалось под ней, подняв облако пыли. Рон и Гермиона вскочили следом, доставая палочки.
— Ты как? — Гарриет шикнула, но словно протрезвела, подняв большой палец. Не могла найти свою палочку, а потому дернула рукой, концентрируясь на заклинании.
Наложила щитовые чары, скрывая друзей от новой атаки и, пока они атаковали тень из коридора, встала снова размяв шею. Вновь сконцентрирована на том, чтобы выйти вперед, защищая друзей. Отразила новую атаку, кажется, это было заклинание Конфринго, но вскрик Гермионы заставил её обернуться. Подруга указала рукой в место, куда ударило отражение проклятья, и Поттер вновь шикнула. На полу валялся маховик, который принял на себя заклинание. Только Рон заметил мужчину, что ввалился в комнату, наставив на них палочку, но выкрик его заклинания утонул в яркой вспышке, сопровождавшееся звуком порванной струны. Гарриет закрыла глаза, ощущая резь от яркости, заполнившей гостиную. Она слышала чужой голос, такой отдалённый, но в мыслях пронеслось, что у неё, с таким ярким прошлым, будет весьма посредственная смерть, поэтому, когда боль пришлась на копчик, у Поттер появилось недоумение. Зрение ещё не вернулось, всё казалось таким расплывчатым, но запах… Не пахло пылью, давно осевшей на мебели в доме на Гриммо. Пахло лесом.
Первым делом руки потянулись к маленькой сумке, переброшенной через плечо, проверяя её наличие. Внутри было заклятие Незримого расширения, где Гарриет хранила всё, что могло понадобиться в пути. Будучи аврором, она вообще перестала быть налегке, сложив в сумку половину дома. Выдохнула. Сумка с ней, уже хорошо.
— Тедди расскажу, он не поверит блядь. Ребята? — Громко позвала она, вздрогнув от голоса. Почему он такой…странный?
— Гарриет! Рон! — Кричала Гермиона.
— Девочки?! — Гаркнул Рон, двинувшись на голос. Они пересеклись слишком скоро, оглядывая друг друга. — Меня тошнит и это явно не от алкоголя. — Они согласно кивнули. — Кто-нибудь понял, что произошло?
— Я видела, как проклятие отскочило в маховик.
— Что он вообще на полу делал? — Сощурилась Гарриет, чувствуя себя ещё более странно. Она не понимала, что, но ей казалось, что даже органы взбунтовались внутри неё. Лес был тропический, это было понятно сразу же, но вот сейчас Поттер ощущала только усиливающийся холод, окутывающий тело. Она не слышала рассуждения Грейнджер о том, как маховик времени выпал, не слышала возмущение Рона, она смогла только повернуться к ним спиной, заметив Смерть, что стояла неподалёку, ожидая своего обнаружения. — Это сделала ты? — Вырвалось у Гарриет, пока яркие зеленые глаза рассматривали высокую и тощую женщину в черной мантии. Она была болезненно бледна, волосы были белоснежными, как рождественский снег, но лицо всегда оставалось усталым и молодым. Друзья Поттер замолчали, не видя Смерть, но зная, что она появилась перед Хранителем Даров. Смерть кивнула. — Что происходит?
— Такие скачки не просто опасны, они смертельны. Поэтому время, что пропустило вас, пришлось пропустить через вас. — Гарриет не понимала от слова совсем, но Смерть не была намерена объяснять. — Сейчас начало двадцать шестого года. Я перенесла вас в Австралию прямиком из поместья Блэков, чтобы они не заметили гостей в своём доме, мы близ школы Дейнтри. И вы скоро окажетесь в ней. Передай. — Гарриет быстро пересказала друзьям, вновь посмотрев на Смерть. Она изящно повела запястьем и перед ногами Гарриет оказалась большая плетенная корзинка, которую видели и Рон и Гермиона.
— Пропустила время сквозь нас… — Гермиона сощурилась, все осознавая. — А что будет с нашим настоящим? Что будет с нами? Если они считают наши воспоминания…
— Ваши воспоминания останутся при вас, но станут слишком размытыми, чтобы их могли прочитать другие, с вами останется опыт и ваши знания. — Передала Гарриет, осознавая. — Но подожди, а как же Тедди? Семья Рональда?
— Вы не можете вернуться в ту реальность.
— Но…
— Нельзя. Вы умерли там. Ваша история кончилась в момент, когда в вас кинули проклятие, что забрало ваши жизни. — Передала Гарриет. — Но почему в Австралию? — Спросила, пока Гермиона нахмурилась.
— Мы ведь попадём в Хогвартс к сорок первому году? — Все обернулись к ней, Поттер внимательно следила за тем, как она думает. — Смотри, эту школу уничтожат во время войны, выживших не останется. Мы можем, пользуясь опытом нынешних жизней, спасти хоть какую-то часть волшебников, нас могут отправить в другую школу, и там мы попытаемся остановить Реддла! — Гарриет ощутила, как дыхание перехватывает от осознания того, что сейчас они находятся во времени Тома Реддла. Гермиона поняла это сразу. — Сама посуди, Тедди в безопасности в своей реальности, которая никак не изменится, у него есть наследство, я уверена, что в твоей сумке и без этого полно денег, у меня есть тоже, в моей сумке. Рон! — Мужчина поднял голову, перестав смотреть на корзинку. — Джинни с Дином, так? Родители в безопасности, братья тоже. А представь, что они могут появиться без угрозы для жизни!
— Что-то как альтернативное? — Посмотрел на Гарриет, отмечая, что одежда стала ей куда больше, да и в целом подруги начали как-то…молодеть. Они в свои пятьдесят с трудом на тридцать выглядели, но сейчас все больше и больше походили на школьниц. Рон понимал, что либо так, либо смерть, но тем не менее, они ждали его решения. И он кивнул, слабо улыбнувшись. — Только давайте в этот раз без развязывания войны с ненормальными стариками? Одного хватило. — Троица засмеялась, после чего Гарриет спросила, как поступить с их сбережениями. Смерть склонила голову.
— Я приму человеческий облик, чтобы доставить вас до школы, так же я найду ближайший банк, что сотрудничает с волшебниками, и открою три хранилища на ваши имена. Там будут все ваши вещи. — Гарриет согласно кивнула, передав сообщение. У неё было с собой приличная сумма, которую она просто не успела вернуть в своё хранилище. В сумке вообще была свалка, с которой ей потом предстоит разобраться, но радовало, что мысли будут защищены от Реддла. Он не сможет проникнуть в сознание и узнать о крестражах, о будущем, о пророчестве. — Хранитель, тебе нужно знать, что все три дара, что находятся у тебя, забрали способности тех даров, что были здесь.
— У меня будут проблемы? — Рон, не зная сути проблемы, нервно хохотнул.
— А что, было иначе, Поттер?
— Отвыкай от моей фамилии, Уизли. И от своей. — Она посмотрела на Смерть. — Нам просто ждать? — Та лишь кивнула и Гарриет села под ближайшее дерево, осознав, что у неё нет с собой палочки. В сумке валялись какие-то запасные, но она так привыкла к своей, починенной Бузинной, что не могла представить себя без неё. А теперь все, что от неё останется в её времени — лишь её палочка. Гермиона села рядом, слабо улыбнувшись.
— Это ведь не совсем то, что ты хотела, да? — Рон сел рядом с Гермионой, продолжая смотреть на корзинку. Он не мог представить себя снова ребенком, но тот процесс, что вызывал в нём тошноту, теперь хотя бы был объяснен. Время требовало плату за такое грубое перемещение без возможности вернуться, а потому теперь время проходило через них, отматывая годы жизни. Бросил взгляд на подруг — те снова выглядели как подростки, но даже не обращали на это внимание, продолжая перебрасываться фразами. Спустя час им всем трём трудно было дать и десять лет. Еще два часа и Смерть без эмоций наблюдала за тремя младенцами, что сидели под деревом, недовольно морща лицо. Одежда лежала рядом с ними, сохраняя от природы, но всё же Смерть приняла человеческий облик, став видимой для всех и бережно взяла на руки темноволосую девочку, на чьём лбу ещё не было отметки темного проклятия. Ни одного шрама на этой бледной детской коже. Провела бледными пальцами по пухлому личику младенца, едва заметно улыбнувшись.
Только Смерть понимала ценность жизни, а потому она подходила как никто, для того чтобы отыграть роль нянечки, что передаст трёх сироток в школу. Вещи Золотого Трио растворились в воздухе, скрывшись в чарах древней магии, после чего Смерть, держа свой видимой облик пожилой волшебницы, направилась в школу.
Туман расступался перед ней, открывая обзор на величавый замок, находящийся в гармонии с дождевым лесом восточного побережья.
В мире, который готовился к войнам, как в мире маглов, так и в мире волшебников, появилось три новорожденных, переданных в заботливые руки Академии Дейнтри, которые дали обещание воспитать достойных волшебников.
Гарриет Эверфрост.
Гермиона Сильверкрест.
Рональд Редфорд.