Archive of Our Own

Chapter Text

Кроули!

Это послание тебе от тебя же. Свой собственный почерк, думаю, ты уж в состоянии узнать.

Смертные наловчились подделывать чужую писанину. Уж мне ли — тебе ли — не знать. Но любое оккультное существо распознает подделку вмиг, даже если у него уровень интеллекта как у Хастура или Сандальфона (то есть стремящийся к нулю). Можно приблизиться к оригиналу визуально вплоть до последней закорючки, но суть всё равно не изменится. У человеческих технологий нет такой фишки, с их помощью обмануть можно элементарно (эх, сейчас бы ностальгировать по временам увлечения хакингом), так что сообщения в избранное в каком-нибудь «Телеграме» отпадают, приходится по старинке писать. Спасибо, что хоть перья очинять не надо, и шариковой ручки хватит.

Я же тебя — себя — знаю: ты паникёр, перестраховщик, после столетий работы на Ад не доверяешь никому почти никому, поэтому и сейчас наверняка уверен, что тебя пытаются обвести вокруг пальца. Но нет, не в этот раз.

Доказательство — твой-мой почерк. Ну и личная печать, само собой, такое тоже не подделать. Любой другой, кто откроет эти записи, увидит лишь рецепты алкогольных напитков всех времён и народов. Так, на всякий случай. А то вдруг кто решит, что чистые листы — бесхозные.

В общем, будь уверен: отправитель — Энтони Дж. Кроули, адресат — он же, единственный возможный читатель — да-да, угадал. Хотя, если я хоть немного себя знаю, ты всё равно будешь сомневаться.

Ты сейчас по-любому задаёшься вопросом, а на хрена вообще это всё? Справедливо. Ты же всегда считал, что вести дневник — это уже где-то между шизофренией и экзистенциальной истерикой (другое дело — на растениях отсутствующую душу отводить, ага!).

Расслабься, это не дневник в классическом смысле. Это, во-первых, расследование, во-вторых — летопись, ну и, в конце концов, попытка сохранить остатки твоего рассудка, потому что, давай честно, мы оба знаем, что у тебя с этим имеются проблемки. Каждые сутки ты либо просыпаешься, либо, если не спал, просто зависаешь, а потом приходишь в себя и пытаешься восполнить пробелы в памяти.

Ну, например.

Ты помнишь, что остановил несколько лет назад Армагеддон, но не помнишь, как именно. После этого самого Неармагеддона тебя пытались казнить, но вопрос на засыпку: почему палачом был мудак Гавриил с адским огнём? Как ты вообще на Небесах неузнанным оказался, в каком таком помешательстве белопёрые тебя за своего приняли?

А теперь внимание! Вельз утверждает, что ты был тогда, вообще-то, в Аду, плескался в святой воде, требовал резиновую уточку и — как она там выразилась? — «выёбывался так, что до сих пор даже мелким бесам отпиздить тебя хочется». Узнаёшь себя? Я — нет.

Далее. Ты помнишь, что последние веков этак десять почему-то до усрачки боялся Ада, хотя не то чтобы часто с высоким начальством контактировал, лишь по необходимости или когда опять спалили твои косяки и решили в качестве наказания подпалить теперь уже тебя, ведь даже специфичной симпатии Вельз к тебе было недостаточно, чтобы для проформы наорать и спустить на тормозах, если о косяке прознал сам Сатана, или когда ты попутал берега капитально, как со срывом Армагеддона, например

Отчёты в Ад — да ты же врал через раз, когда отчитывался. Кучу приписываемых себе подвигов ты не совершал. Либо люди сами себе удружили (чего было сколь угодно, это уж точно), либо кто-то другой сделал за тебя (!!!). Казалось бы, кому в здравом уме придёт в голову делать за демона его грязную работу? Но ведь нет же — ощущение, что так и было, не проходит. И не пройдёт. Спойлер: всё правда, ты ещё не сошёл с ума.

Ты убил Лигура святой водой, но откуда, рай подери, ты достал святую воду, если ограбление церкви по какой-то (какой?) причине в последний момент отменил? Ты однажды спас девчонку от самоубийства, ну и да, ты был обдолбан в хлам, но всё же не настолько, чтобы не помнить: ты отдал ей кучу денег, и не твоих.

Ну что, убедился в достаточной степени, что я в курсе бесконечных вопросов в твоей голове, потому что я — это ты? Только знаю теперь чуточку больше, потому что ещё не успел забыть.

В общем, ладно. Ответы, (не)дорогой мой я, находятся здесь. Ну, часть ответов. Вспомнить, конечно, не вспомнишь, но пазл хотя бы сложится, пусть даже и придётся складывать его заново каждый день.

Вот тебе самое главное, даже рукописным аналогом капса накорябаю, чтобы ты точно даже в приступе маразма не пропустил:

У ТЕБЯ РАЗМЫТЫ ИЛИ ПОЛНОСТЬЮ СТЁРТЫ ВОСПОМИНАНИЯ О ТЕХ СОБЫТИЯХ, В КОТОРЫХ УЧАСТВОВАЛ АНГЕЛ ПО ИМЕНИ АЗИРАФЕЛЬ, ПОТОМУ ЧТО У ТЕБЯ НЕТ ВОСПОМИНАНИЙ О САМОМ АЗИРАФЕЛЕ. ТЫ ЗАБЫВАЕШЬ ЕГО КАЖДЫЙ ДЕНЬ, СКОЛЬКО БЫ ДО ЭТОГО ТЕБЕ ПРО НЕГО НИ РАССКАЗЫВАЛИ. Как в сопливых ромкомах, которые ты как-то со скуки смотрел, хотя там вроде было всё же по-другому.

Теперь по пунктам.

1) Азирафеля ты узнаешь сразу, как только увидишь. Ну, если, конечно, снова познакомишься с ним уже после того, как перечитаешь это и освежишь себе память. Таких, как он, больше не бывает, вот посмотришь и сразу поймёшь даже под блокиратором чудес — ангел. С этими своими белыми волосами, старомодным прикидом и такими же старомодными манерами на зефирку похож, реально. Фитнес-браслет разве что сильно выбивается из образа, пусть ремешок и белый. Периодически называет других «милый» да «дорогой», кроме идейных врагов, конечно, — хотя тебя, если судить по сегодняшнему дню, куда чаще и, не знаю, как-то по особенному, что ли. Впрочем, кто его разберёт.

2) По словам всех, с кем я говорил, он три года занимал пост Верховного Архангела после Гавриила. А потом бежал с Небес, саботировав адско-небесные планы Второго Пришествия и заставив больших боссов изворачиваться и выдумывать новые.

3) Опять же, по словам всех — с Азирафелем ты знаком хреналлион лет, вас чуть ли не сладкой парочкой называли. Хотя насчёт сладкой парочки сведения неточные, и вообще, если честно, в это как-то слабо верится. Сегодня, например, я без всякой задней мысли спросил Азирафеля, почему мы с ним на долгое некоторое время оказались в разных местах, — так он едва не расплакался и спешно перевёл тему. Странная реакция для того, с кем у тебя вроде как стабильные близкие отношения: что мешало просто ответить?

4) Армагеддон ты сорвал, как уже понятно, вместе с Азирафелем, и смерти вы избежали, пойдя на казнь в телах друг друга. Именно поэтому ты помнишь Небеса и адский огонь, а Вельз помнит, как ты (не ты) в ванне плескался. Святую воду для самозащиты тебе также дал Азирафель: церковь, мол, демону опасно грабить. Странно, что ему вообще оказалось не насрать. И так далее, и так далее, и так далее. Есть ли смысл перебирать всё? Подставь дальше сам, не всю ж работу за себя делать.

5) Как так вышло, что ты не просто не помнишь Азирафеля, фигурирующего в тонне событий твоей жизни, но забываешь его каждый день снова и снова? А хрен его знает. В очередной раз я спрашивал сегодня Вельз и даже Гавриила (раз уж мы с этим мудаком ним теперь временные союзники) — никто из них не смог обнаружить чужого влияния на твою сущность. Если тебя и снова прокляли, то это явно был кто-то столь же могущественный, сколь и Господь Бог. Хотя, я уверен, Бог тут точно ни при чём, Ей всегда было плевать, даже когда твои бывшие коллеги перебили тебе крылья и организовали весёленький полёт в один конец.

6) На данный момент с побега Азирафеля с Небес прошло две недели. Значит, примерно столько же он знакомится с тобой заново. Ну, чуть меньше, потому как, чтобы найти наше убежище и убедить нас всех, что это не ловушка, ему понадобилось время. По его сегодняшним словам, в вашу с ним первую встречу после его побега, когда он был уверен, что ты его знаешь и помнишь, он злился на тебя за твоё молчание о стародавнем прошлом на Небесах. Он тогда после стандартного «Кроули» обратился ко тебе по старому имени — тому самому, данному тебе Ею, которое ты больше не произносишь, лишь из какой-то грёбаной непозволительной демону сентиментальности оставил инициал. Наверное, ты только потому и не прибил этого зефирного ангелочка на месте, когда он налетел на тебя: буквально остолбенел от шока и чужой наглости. Ну и Мюриил сказала, что за него тогда вступилась, а эта малышка никогда тебя ещё не обманывала и едва ли станет.

7) Интересно здесь то, что, значит, не всё было в ваших с ним отношениях так мармеладно-шоколадно, как кажется почему-то со стороны. Иначе он бы наверняка знал о тебе всё, не так ли? У тебя была куча возможностей рассказать ему, но ты почему-то молчал. Не говоря уже о том факте, что он три года возглавлял Небеса (пусть и, как он утверждает, с целью помешать их планам), а ты оказался один остался на Земле с перекорёженной памятью.

8) В общем, в плане дела Азирафелю доверять можно. Что касается предотвращения Второго Пришествия, здесь он точно союзник, можешь не тратить ресурсы и не подтверждать его лояльность в очередной раз. Но вот в том, что касается личного, — будь настороже. Здесь что-то не так, змеиные инстинкты не лгут. Не ты один молчун — Азирафель тоже рассказывает не всё, даже сейчас. Хотя, может, он и рассказывал, просто ты уже забыл, а напоминать тебе каждый день он устал. Ну а кто бы не устал?

9) Ну и да, ты в этих записях сохраняешь воспоминания о нём, но не ради него, конечно, если только чуть-чуть. Ради человечества, ради милых глупых смертных: нужно ведь ещё со Вторым Пришествием разобраться. Ведь всё, что Азирафель для этого сделал и сделает, ты, сюрприз, тоже забудешь! Ну и, конечно, ради себя: каждый день сходить с ума от нестыковок в памяти — полная херня.

Окей, дальше давай сам, ты справишься, как и всегда. Ручку в пальцы, и вперёд. Фиксируй и наслаждайся эрзацем контроля над дерьмовой ситуацией.

Надеюсь, ты там не сдохнешь раньше времени.

Поневоле твой,

Кроули

Ладно, вчерашний Кроули, спасибо за предупреждение. Теперь пазл потихоньку складывается. Я ещё не сумасшедший, да отпразднуем же это.

Азирафеля я действительно узнал сразу, как только увидел. Не стоило трудиться, в общем-то, и словесный портрет давать, и так всё понятно. Но больше не меньше, так что пофиг. Хотя фиксировать здесь подробности планов по остановке Второго Пришествия точно не стоит. Мало ли. Остерегусь.

Конечно, о том, что кое-что я сегодня уже успел узнать, я никому не сказал. Когда Азирафель заверял меня, что мы с ним давно и близко знакомы, я делал вид, что пытаюсь сложить у себя в голове то, что мои вчерашние записи уже сложили. В действительности же я слушал его с одной стороны вполуха (потому что не было необходимости ловить буквально каждое слово), но с другой — более внимательно, потому что съезжающая крыша шифером не шуршала. Не нужно было отвлекаться на то, чтобы попросту не психовать от принятия новой инфы, кажущейся каким-то сюром.

Короче, да, я слушал его и наблюдал за ним. За интонациями, за выражением лица, за языком тела. Даже сверхъестественные существа не могут контролировать эти вещи в полной мере и порой выдают себя хлеще смертных, уж мне ли не знать.

Он держался так, будто озвучивал реплики из заготовленного сценария. Будто он актёр на репетиции. То есть не в том плане, что он актёрствует, притворяясь моим старинным знакомцем. В это я как раз-таки верю, как ни странно. Да я даже не задался вопросом, как правильно пишется его хитровымороченное имя: пальцы сами знают.

Но видно, что ангелок пытается скрывать свои истинные чувства по данному поводу. Хотя получается у него не то чтобы очень. Очевидно, что вся эта ситуация с моей избирательной амнезией его расстраивает злит вымораживает, короче.

Поэтому да — выверенная поза, выверенные слова. И, наблюдая за этой его выверенностью, я думал, что было бы любопытно вооружиться условной палкой, потыкать белопёрого в разные места и выяснить, где болеть сильнее будет.

Именно так — «сильнее», потому что, такое ощущение, болит у него в той или иной степени абсолютно везде. Разочарование в Небесах вплоть до самой верхушки, нестабильность нашего положения, угроза полюбившейся планете — поводов более чем хватает. Честно сказать, прекрасно его по всем пунктам понимаю.

Планета ему и правда полюбилась, сразу ясно даже по обмолвкам. Я заверил его (судя по его реакции — не в первый раз), что никакая амнезия в отношении него не помешает мне бороться за Землю и людей на ней. Но мои заверения его как будто не только не успокоили, а даже выморозили ещё больше.

Ну и хрена ли тогда этому ангелу от меня нужно? Я не выдержал и в лоб у него это и спросил.

На него после этого аж смотреть жалко стало. Настолько, что я даже не услышал, что он в итоге мне ответил, а переспрашивать не рискнул.

Потыкал палкой, короче. Причём я даже сам не понял, какую именно болевую точку задел. Словно случайно точно в десяточку попал.

Сегодня после ритуальных танцев по типу «йоу, я Азирафель, ты меня сейчас не помнишь, но мы с тобой с незапамятных времён в дёсны дружили, давай заново знакомиться, я расскажу тебе кучу охуительных историй о наших совместных приключениях» мне почему-то захотелось отдавить ему больные мозоли уже не абстрактно, а вполне себе целенаправленно. Что я и сделал. Снова спросил: какого хрена ему от меня надо, если делу моя амнезия почти не мешает?

Я был уверен, что готов к его обескураженному выражению лица, но ошибся. Это не просто обескураженность была, а как будто я вонзил ему под рёбра нож, закалённый в адском пламени.

Азирафель ответил, типа: «Я в ужасе от того, что ты, даже не помня меня, всерьёз считаешь, будто можешь быть нужен мне только для дела». И это задело меня за живое, причём неслабо так. Настолько, что я выставил его за дверь и сказал, что сегодня, если только не возникнет самой крайней необходимости, вести с ним беседы, как и думать обо всём этом, я больше не могу и не хочу. Приходи, бишь, завтра, если тебе так неймётся, у нас же теперь есть такая уникальная возможность ежедневно с чистого листа начинать!

Высказал ему, короче, это, а сам, вопреки своим словам, всё думаю и думаю. С того разговора прошло несколько часов, а я до сих пор не понимаю, с чего вообще триггернулся-то.

И самое стрёмное — я сделал ему больно, как и хотел, но:

1) Мне не стало от этого легче, скорее даже наоборот;

2) В этом желании изначально было что-то неестественное, потому что это напоминает месть. А ведь, если мне и есть за что мстить ему, я этого даже не помню!

Наверное, после такого он наконец-то перестанет пытаться наладить со мной контакт, и завтра, когда я снова забуду, мне будет плевать, но сейчас как-то особенно мерзко от самого себя.

На этот раз мы с Азирафелем познакомились до того, как у меня была возможность перечитать свои напоминалки. Практически сразу после обнуления появились новые сведения: Вельз во время внезапных «переговоров» с Шакс и Фурфуром знала, куда надавить, чтобы те, сами о том не догадавшись, выболтали лишнее, и нам нужно было обсудить это всем вместе.

Ловить себя на нестыковках в памяти, чувствовать, как остатки мозгов кипят, прийти к выводу, что я долбанулся в край, а потом, когда тебе объясняют, что к чему, бороться с ощущением, что все сговорились и зачем-то врут тебе с три короба, хотя вы вроде как сейчас в одной лодке, и всё это ежедневно — пиздец, если честно. Но в целом, судя по реакции Азирафеля остальных, сегодняшнее знакомство прошло более гладко, чем обычно.

Я, конечно, крайне удивился, увидев в кругу избранных незнакомое для себя лицо, и, само собой, не обошлось без вопросов в стиле «а ты ещё кто такой?» — но, получив стандартные, как теперь уже понятно, объяснения, я почувствовал облегчение. Как будто подсознательно понимал, что всё правда, что я действительно когда-то знал этого ангела. Ну или же всё проще: мозг сам стремится заполнить пробелы, хоть бы даже и ложной информацией. Но с ангелом всё равно хотелось быть как-то мягче: подумал, на удивление, и о его чувствах. Типа, для меня каждый раз всё заново, мне в какой-то степени проще, а ему каково? Или же я, даже не помня своих недавних взбрыков, всё равно подсознательно чувствовал, что перегнул тогда?

Азирафель, видя, что я достиг максимально возможного на тот момент принятия, и сам расслабился. Заулыбался даже, хоть и неуверенно. И в целом, вопреки моим вчерашним прогнозам, с самого начала казался не обиженным, а настроенным на диалог. Не в плане дела, а в плане: «Кроули, я клянусь, что мы с тобой не просто временные союзники. Я готов довольствоваться малым, и я не прошу тебя вспомнить и снова подпустить меня к себе, но мне очень важно, чтобы хотя бы сегодня ты мне верил». Цитата почти точная.

В общем, да, в прогнозах я вчера ошибся. Мне кажется, даже если бы сегодня знакомство прошло паршиво, Азирафель всё равно бы не сдался. Или хлеще — даже если бы не надо было обсуждать дела, он всё равно бы снова напомнил мне о нашем с ним прошлом. Словно он считает, что любая моя реакция, как бы ему ни было от неё плохо, нормальна.

Бред какой-то. Всё ещё не понимаю, зачем я ему сдался. То есть — да, допустим, дружили, допустим, настолько даже крепко, что о нас последние годы ходили противоречивые сплетни и в Аду, и в Раю, — да, ок, предположим, верю. Но как вообще вышло, что мы с ним сблизились?

А, теперь понятно. И непонятно одновременно.

Сегодня Азирафель рассказывал мне о Соглашении (явно уже не впервые): последнюю тысячу лет мы не мешали друг другу, чтобы не выполнять лишней работы, а иногда и вовсе друг друга подменяли. Всё началось с банальной выгоды, это хотя бы логично.

Должен признать, что Кроули из прошлого, предложивший эту идею, всё ещё гений. Но вот в чём загвоздка: предложил именно он (то есть я), а ангелок лет пятьсот нос воротил, прежде чем согласиться со здравым смыслом.

Допустим, я предложил, он мне отказал — и все пятьсот лет, получается, я его умасливал. Вот как было бы логично: он отказал, я пожал плечами, развернулся и ушёл. Можно подумать, других способов отлынивать от работы не существовало. Я же почему-то был инициатором раз за разом.

Я вот спрашивал, почему же этот ангел так в меня вцепился сейчас, а впору спросить, видимо, ещё и себя: почему же я так в этого ангела вцепился тогда? Пытался держать врага поближе или что?

Оказывается, это Азирафелю принадлежал раньше книжный магазин Мюриил. Там точно должна быть какая-то информация о нём нашем с ним совместном прошлом.

Понять бы ещё, как в нынешних обстоятельствах туда пробраться. И без того опасно, а уж таким образом, чтобы об истинных причинах не заподозрили остальные, — надо подумать, в общем.

P.S.

Перечитал ещё раз и зацепился за позавчерашнее: «Я в ужасе от того, что ты, даже не помня меня, всерьёз считаешь, будто можешь быть нужен мне только для дела»

Может, я что-то неправильно тогда услышал, но записано у меня именно так.

«ДАЖЕ не помня меня». То есть не просто «не помня», не «ХОТЬ И не помня», а именно «даже». То есть — будь мои воспоминания со мной, я бы точно считал, что нужен этому ангелу только для выгоды, а сейчас, когда воспоминаний нет, он рассчитывал, что я окажусь более к нему расположен.

Значит, да, я был прав изначально, змеиные инстинкты не лгали: отнюдь не так мы с ним близки, как он утверждает, и дело далеко не только в отсутствии у меня воспоминаний. Узнать версию ангела обо всём этом, конечно, надо, но нельзя слепо верить ему на слово. Нельзя. Пусть даже и хочется.

Вкинул идею, что нам нужно в книжный за книгами пророчеств. Версия шита белыми нитками, это даже последний идиот понимает: дура Анафема ещё семь лет назад сожгла последнее, что действительно могло нам помочь. Кроме того, если вдуматься, на кой ляд нам вообще снаряжать экспедицию за пророчествами смертных, если в первую очередь нужна Книга Жизни, которую сейчас каждая собака ищет, включая нас, и которая всё ещё находится хрен знает где?

Короче, да, остальные, конечно, были поначалу против, особенно моего участия. Даже Вельз развыступалась: «уймись, змеёныш, мы с Гейбом буквально только что откачивали тебя, второй раз на хер не упало, если хочешь острых ощущений, попробуй лучше садо-мазо», бла-бла-бла. Я же, сука, внезапно так всем важен стал!

Да блядь. Можно подумать, хоть кто-то, включая Небеса и Ад, отождествляет меня и Того-Архангела-Что-Согласно-Великому-Плану-Должен-Погасить-Звёзды-И-Запустить-Второе-Пришествие. Лично я не отождествляю уже несколько тысяч лет как. Того Архангела больше нет, свои же давным-давно убили. Хотя, если б не решили внезапно его воскресить, меня и не нужно было бы откачивать после недавнего тесного «общения» с Хастуром и Сандальфоном. Логика вышла из чата, короче, — или как там нынче смертные говорят?

Но неважно. Идея с книжным всё равно в итоге зашла. В любом случае книги пророчеств, которых в коллекции хренова гора, лишними не будут.

Азирафель поначалу был прям яро против. Каких только аргументов не приводил. И память у него якобы фотографическая, все пророчества наизусть знает. И не в приоритете это. И про безопасность мою пресловутую, чтобы снова на каких-нибудь Хастура с Сандальфоном не напоролся (хотя все присутствовавшие понимают, что безопаснее всего мне было бы наконец уже сдохнуть). Как будто в действительности он тупо не хотел пускать меня в свою прежнюю обитель, как будто я действительно найду там что-то, что его в моих глазах скомпрометирует. Но потом он перестал сопротивляться настолько резко, что я даже не понял, что именно сработало.

Это было сразу после того, как я не сдержался и сказал: «Ангел, блядь, заебал уже сучиться». Я точно запомнил свои слова, потому что ангел-то у нас фиалочка, от матерщины морщится, так что я специально сказал позаковыристее. А ведь даже Мюриил уже привыкла.

Что тут могло сработать-то? Уж точно не содержание. А тут он даже на концентрированную нецензурщину не среагировал, после краткого раздумья выдохнул и: «Может, ты и прав, дорогой. Может, это действительно будет того стоить».

«Дорогой». А был ли я хоть когда-то для кого-то дорогим?

В общем, пойдём с ним вместе, он всё же напросился со мной. Ожидаемо. Но ничего, справлюсь с ним. Главное — пусть не мешает. И не пудрит мне и без того запудренные мозги.

Лёг подремать на пару часов (а хотелось бы на пару веков), проснулся уже без памяти об Азирафеле, но зато со стойким ощущением, что в чёртов ангельский книжный нужно, и нужно не за пророчествами (ну, не в первую очередь). Перечитал всё, что записано здесь, — понял, что был прав. Памяти разума нет, но память инстинктов работает. Не зря морочусь с тем, чтобы фиксировать события здесь, уже хоть что-то.

Ангела пока не видел, сегодня ещё не знакомились. А ведь вылазка уже скоро. Почему-то чувствую, что что-то пойдёт не так. Почти уверен. Может, я снова найду во что ткнуть палкой. А может, обнаружу кривое зеркало?

Надеюсь, вернёмся до того, как я снова обнулюсь. Что бы там ни произошло, я должен это помнить хотя бы по записям.

Всё ещё сегодня, обнулиться не успел. Я снова оказался прав: всё, что могло пойти не так, пошло не так. Ну, или почти всё.

Я так и не вспомнил, почему с (не)завидным упорством избегал заходить к Мюриил в магазин и виделся с ней только на нейтральной территории. Свои чувства по этому поводу во внимание не принял, а стоило бы. Думал, хотя бы сегодня ради нужной мне информации смогу отбросить эту непонятную эмоциональную хрень. Спойлер: не смог.

Едва мы зашли внутрь, как я почувствовал, что

ну

что всё, короче. Человеческая оболочка сбоит: сердце колотится, пульс зашкаливает, бросает то в жар, то в холод и всё такое.

А пока Азирафель хватал с полок нужные книги, я решил, чтобы привести оболочку в норму, занять руки чем-то механическим и

блядь

умудрился найти рисунки. Судя по датам, за период с 2019 по 2023 годы. На которых

изображён я.

В куче образов — разные эпохи, разные стили, разная длина волос, мужская и женская вариации человеческого тела. Змеиная форма, даже форма нага. И главное — глаза, не спрятанные за чёрными очками. Хотя попадались и изображения в очках. Тоже самых разных.

Что имеем в итоге: книжный, почему-то пугающий до (ха-ха) чёртиков; рядом ангел, которого я не помню и который явно многого мне недоговаривает; в книжном, куда я при Мюриил зашёл лишь раз и позорно не продвинулся дальше порога, мне знакомо БУКВАЛЬНО ВСЁ.

А вишенкой на торте — мои портреты, которые, очевидно, начеркал тот самый ангел, которого я (снова) встретил только сегодня. Рисунки от руки — это ведь тоже почерк, просто общение идёт не словами. И почерк Азирафеля я узнал, да, именно узнал!

А вишенкой на вишенке — тот самый ангел, которого я (снова) встретил только сегодня, регулярно видел меня с непокрытыми глазами. И даже грифелем карандаша изображал их на бумаге так, словно знает каждое вкрапление чёрного в жёлтое. Каждый грёбаный полутон. Каждое состояние склер и зрачков. Как? Как я позволил это ему, как доверился?

Но даже это ещё не пиздец. Пиздец настал потом, когда Азирафель обнаружил незнакомую ему виниловую пластинку.

Я как чувствовал, что не нужно её включать. Пытался убедить его, что наверняка это Мюриил приобрела, хотя и сам прекрасно знаю, что она стараниями Эрика слушает музыку в «Спотифае» и к винилу абсолютно равнодушна. Позже мы спросили её — да, к пластинке она действительно не имеет никакого отношения.

В общем, Азирафель поставил пластинку в проигрыватель, и зазвучало

грёбаное

«Пел соловей на Беркли-сквер»

Я не знаю, чем мне в прошлом так не угодили соловьи. Но если до этого я ещё хоть как-то держался и делал вид, что я в порядке, хотя на самом деле вообще нет был в относительном порядке, то соловьём этим меня разнесло в хлам.

Азирафель заметил, что со мной что-то не так. Конечно, он заметил, ведь для него соловьи тоже что-то значили, раз после этого он сразу взглянул на меня и тут же, буквально тут же что-то для себя понял. Я пытался отбрехаться приступом астмы (учитывая, сколько в книжном пылищи, — вполне жизнеспособная версия, я считаю), но ангел не купился. Пробормотал что-то вроде «вот примерно этого я и боялся», а потом я уже обнаружил себя на диване в задней комнате. Который мне ТОЖЕ ЗНАКОМ. Я ощущал в том, как он продавлен, очертания своего тела, словно десятилетиями на нём сидел. Чувствовал на нём свою энергию. Но хрен с ним, с диваном, — Азирафель удивил меня куда больше.

Не просто сгрузил и свалил, а остался рядом. Держал за плечи, за ладони, за щёки, напоминал дышать (я демон, мне, рай подери, не нужно дышать, но в этот раз почему-то было нужно), требовал смотреть на него хотя бы через очки (да чёрта лысого я бы очки снял) и слушать его голос. Убеждал, что «скоро всё будет хорошо, а если и не скоро, то потом, вот только со Вторым Пришествием разберёмся, но после — будет, обязательно, обещаю тебе, Кроули, ты мне веришь?» И пару раз на доли секунды я даже ему поверил. Отпаивал водой, причём стакан-то начудесил, хотя ранее мы решили, что чудесить лишний раз не стоит: только силы тратить и внимание почём зря привлекать. Он ведь мог просто дойти до раковины, но нет же. Чудеснул.

Пытаюсь сейчас прислушаться если не к разуму, то к памяти инстинктов, отреагировавшую на, например, продавленный моей задницей диван, — нет, всё ещё нет. Уверен, что именно такого раньше не было. Накрывало ли меня раньше? Да, нет смысла отпираться и врать самому себе, — но я был один. Всегда один. Разве что разок, сразу после Падения, скулил в присутствии Вельзевул, но тогда мы все с непривычки скулили, так что не считается. И всё же ангел

был не чужим.

Я не хотел отшвырнуть его в сторону, не хотел от него сбежать (разве что немного). Оказалось не так уж и страшно позволить ему кому-то другому видеть себя уязвимым.

И вот именно это и пугает. Ну, вдобавок к вышеописанному.

Не чужой. Рисовавший меня. Досконально знающий, как выглядят мои глаза, явно не просто мельком когда-то углядел. Тоже не поделивший что-то с соловьями на Беркли-сквер (но так и не ответивший, что именно, лишь после этого вопроса погрустневший). Не отвернувшийся, когда у меня не было сил справиться с паникой со сбоем человеческой оболочки. Рискнувший привлечь ненужное внимание Верхнего Офиса к себе и. начудесивший. чёртов ангельский. стакан воды. Обычной, не святой.

С одной стороны — непонятно, зачем вообще ходили. Пророчества ничего нового не сообщили: грядёт Глобальная Вселенская Хрень, что с ней делать — ебитесь как хотите. С другой стороны — всё же сходил не зря. Новой информации, не считая рисунков и соловьёв, не особо, ощущений же — тьма.

Руки от ощущений этих трясутся до сих пор.

Вот тебе, недорогой завтрашний Кроули, куча вопросов и ответов. И неизвестно, чего больше. И неизвестно, как с этим быть.

Надо поговорить с Гавриилом, а он бесит просто невероятно. Эта его улыбочка (и как только хлебало не трескается?), эти его позы, это его

ну, буквально всё, короче.

Понятное дело, что ангел, Архангел тем более, положительных эмоций у меня не вызовет, если только за редчайшим исключением. Мюриил, например, как-то внезапно стала моей малышкой наравне с Бентли, хотя поначалу от её простодушия и даже откровенного идиотизма тянуло пробить лицо фейспалмом, — но она очень быстро разобралась, что к чему, и расставила приоритеты. Рекордные три года — поразительная скорость. Мне в своё время больше понадобилось, намного больше. Плюс, говоря об ангелах, Азирафель

Нет, не могу сейчас об Азирафеле. Потом подумаю о своём отношении к нему. Может быть.

В общем, да, Гавриил для меня — априори не самый любимый персонаж. Однако моя неприязнь к нему удивляет даже меня. В ней определённо есть что-то очень личное, как будто он насолил именно мне. Не просто «я Святейший Архангел, я презираю грязных демонов, если только они не Вельзевул», а — ну, в общем, личное. А ведь месяц назад он мне даже жизнь спас. И в своей ангельской прошлой жизни я с ним почти не пересекался, даром что мы были одного ранга. Но я всё равно периодически хочу вырвать ему глотку.

И это — ещё одна причина, почему мне нужно говорить именно с ним. Не с Вельзевул, не с Эриком: они, как и любой демон, скажут лишь то, что я и сам знаю. Если вообще скажут.

Суть в том, что разум Гавриила тоже был чистым листом. И в течение тех нескольких дней прогресса в восстановлении воспоминаний не было. Объясняй, не объясняй — толку почти ноль. Если бы не та читерская муха от Вельз, вряд ли он бы вообще когда-либо понял о себе хоть что-то кроме того, что он теперь Джим.

Да, Гавриилу память даже не стирали, он сам перенёс её из своего разума на другой носитель именно с целью сохранить, но мне ли не знать, что такие вещи в любом случае бесследно не проходят? Что-то при переброске туда-сюда всегда теряется. И я должен понять, в каком объёме и как он это что-то за три года восстановил.

Я ведь заставлял Гавриила вспоминать. И что-то он смог вспомнить уже тогда — жаль только, что значение его слов о Втором Пришествии я понял слишком поздно. Но неважно. Главное — вспомнить всё же реально. Как для него, так и для меня.

Я должен вернуть свои воспоминания. Не о Гаврииле, конечно, но об Азирафеле обо всём остальном.

Мне страшно Я не хочу вспоминать. Но я должен, если не хочу каждый день своей оставшейся жизни быть таким же жалким, каким был вчера в книжном. Я ведь это не то чтобы запомнил (не причины и уж тем более не участие Азирафеля), но сам факт сохранился. И потому с утра пораньше в голове тут же: «Что за дичь произошла вчера в книжном, почему мне всё ещё хуёво?»

Да, в записях есть ответы, но я не хочу узнавать всё постфактум. Не хочу до самой смерти шарахаться от того-не-знаю-что. Не хочу, чтобы человеческая оболочка могла засбоить от чего угодно: от комнаты, от дивана, от ЕБУЧЕЙ ПЕСНИ. Я уже давно не Краули, я сам выбрал и выстроил себе личность и перед собственным прошлым тем более не стану пресмыкаться. Если Даже если мы не сможем остановить Второе Пришествие, я предпочту дожить свои последние дни, сохранив остатки достоинства.

Я уже восстанавливал свою память по кускам, пусть это и была лишь банальная амнезия после Падения. Я уже делал это. И смогу снова.

Разыскал Гавриила. И не только его. Они как раз с Азирафелем что-то обсуждали и тут же замолкли, едва я их окликнул. Тревога во взгляде Азирафеля на меня, скорее всего, мне почудилась. Надеюсь, что почудилась. Последнее, что мне нужно, — чтобы он после вчерашнего срыва сбоя считал меня жалким слабаком.

Я с самого начала предупредил себя, что этого ангела узнаю сразу же, как только увижу. И уже писал, что как минимум в одном из дней так и было. Полагаю, что так происходит каждый раз, вот только спросить не у кого.

Исполняя ритуальные танцы в стиле «а ты ещё кто такой?», чувствовал скуку. Хотелось признаться, что я сохраняю память хотя бы так, хотя бы записями, — но не настолько, чтобы и в самом деле это сделать. Так что да, я выслушал объяснения, спокойно покивал и даже бросил «приятно познакомиться», прежде чем попросил оставить меня с Гавриилом наедине.

Азирафеля после этой просьбы словно перекосило. Не будь он ангелом, я бы решил, что к горечи тут примешалась зависть.

Но вообще, вышло удачно. Не было необходимости делать вид, что расспрашиваю Гавриила из каких-то иных побуждений.

Если коротко:

1) Да, Гавриил восстанавливал утраченное все три года, прошедшие с его ухода в самоволку. Оно вернулось в хронологическом порядке, поэтому конкретные планы Небес всплыли буквально недавно, до этого было лишь невнятное «они хотят уничтожить Землю, чтобы сделать из неё поле боя и устроить войнушку, а я выше этого и потому свалил с Вельз в закат, но потом нам внезапно понравилась жизнь на Земле и мы очухались». Два, мать их, дебила — что он, что она. Впрочем, я тоже не лучше, тоже мог бы очухаться раньше, чем меня похитили из собственной квартиры и начали настойчиво «уговаривать» посодействовать Второму Пришествию.

2) Никакой особой технологии по восстановлению Гавриил не выявил — действовал по старому доброму принципу «превозмогай и вспоминай», который я же ему и подсказал. Ныл, что это было адски больно. М-да, видимо, мистер Джим понятия не имеет, что такое адская боль.

3) Но он смог перетерпеть эту АДСКУЮ (сука, до сих пор смешно) боль, потому что рядом была Вельз и условно гладила его по головке.

4) Следовательно — с точки зрения Гавриила, всё упирается в любовь доверие. Он, мол, доверяет Вельз, ради неё перестал быть такой задницей, а Вельз доверяет ему и самим этим фактом облегчила ему страдания.

5) Следовательно — с моей точки зрения, я опять в тупике. Гавриил как само собой разумеющееся сказал, что мы с Азирафелем безоговорочно доверяли друг другу и что они с Вельз, в общем-то, взяли пример именно с нас, подавшись после Неармагеддона в хиппи и решив, что лучше ебаться, а не драться. В моём случае это замкнутый круг. Я не помню ангела, поэтому ему не доверяю, и не могу ему довериться, поэтому не могу вспомнить.

Тем не менее кое-что полезное из разговора с Верховным Мудилой в отставке я вынес. В какой-то момент он ни к селу ни к городу ввернул: «Знаешь, если бы кто-то сказал Вельзевул закрыть свой глупый рот и сдохнуть, я бы тоже на этого кого-то обозлился, пусть даже я и ангел».

И ведь правда: во время неудавшейся казни, когда я оказался на Небесах, он сказал именно это. Теперь-то, конечно, понятно, что обращался он к Азирафелю, а не мне. Выходит, попытка убить его — и есть та самая личная причина, по которой я не выношу Гавриила?

Попытался представить, что в адское пламя шагает настоящий Азирафель, а не я. И в самом деле поднимается бешенство на того, кто организовал это подобие правосудия. Лучше не представлять.

Но ладно, это всё лирика. Главное — по механике восстановления ничего нового, лишь старое доброе превозмогание, а к этому мне не привыкать. Гейбу, может, и нужно, чтобы его, бедняженьку, Вельз по головке гладила, а я справлюсь без всяких там Азирафелей поглаживаний.

Напугать демона болью? Смешно.

Всё ещё тот же день (ебать насыщенный денёк, сколько я там килотонн текста за сегодня накатал?), несколько часов спустя. До обнуления ещё минут сорок. М-да, каждый день охреневаю: я условно бессмертный, бывало, не замечал, как десятилетия пролетали, а сейчас измеряю время минутами.

Основное, что за эти несколько часов произошло:

1) Я восстановил один малюсенький фрагмент

Спойлер: оказалось куда сложнее, чем возвращать воспоминания о жизни до Падения. Может, Гейб был не так уж и неправ, когда назвал эту боль адской.

Корячился я долго и поначалу абсолютно безуспешно. Вроде как должно было бы идти легче: я точно знаю, что (кого) пытаюсь вспомнить, а тогда вообще ориентира не было никакого. Но нет. Это даже не в стену биться — это тонуть в болоте и одновременно петлять в лабиринте. А потом, вкупе с болотом и лабиринтом, и в стену с разбега уебаться до кучи, ага.

В общем, что-то упорно не пропускало, как ни пытался. Плюс силы уходили на то, чтобы не орать в голос, потому что тратить чудо на звуконепроницаемую защиту я опрометчиво не стал. Понял, что всё, нет сил терпеть пока что не получается, нужен перерыв. Перечитал написанное здесь ещё раз. Потом решил, что если уж и цепляться за что-то, чтобы был более конкретный ориентир, так это за то, что ещё не стёрлось — то есть было непосредственно сегодня. А что у нас было сегодня? Правильно, я спровадил Азирафеля, и того аж перекосило.

Утром я заподозрил, что это вдобавок ко всему из зависти (почему-то). Вечером рискнул предположить, что так оно и было. Вывод — ангел хоть и ангел, но не по-ангельски тоже себя ведёт, и это на самом деле горячо круто.

Так что запрос стал уже более чётким: не просто «вспомнить Азирафеля», а «вспомнить, когда Азирафель нарушал ангельские заповеди».

И тогда всплыло, как он сказал мне: «Позволь искусить тебя». Не воспоминание даже — так, секундный проблеск, полуэхо. Но всё же.

Искусить. МЕНЯ. А белопёрый-то у нас тот ещё тролль, оказывается!

2) Азирафель на меня наорал, что странным образом нас сблизило

И под «наорал» я имею в виду буквальное значение этого слова — праведный, мать его, гнев.

Ну, то есть орал поначалу я, пока работал над восстановлением, а он примчался на крик.

Некоторые его перлы:

— Ты совсем, чёрт возьми, из ума выжил!

— Почему один, глупый ты старый змий? Почему не позвал помочь если не меня, то хоть кого-нибудь?

— Я не пойму, тебе, что ли, нравится причинять себе боль? Мазохистом заделался? Или всегда таким был, а я, как последний идиот, проглядел?

Про мазохиста прозвучало даже смешно. И поминание чёрта в разговоре с демоном — тоже. Но в целом — такая банальщина и, главное, такое нежелание понять: без «мазохизма» я точно никогда не вспомню. В итоге я не удержался и провокационно спросил: «Это ты стёр мне память?»

Знаю ведь, что не он. Не его валентность. Он Начало и, сколько бы там титулов ни навешал ему Метатрон, всегда будет Началом. Но я всё равно не мог не спросить: слишком уж праведным был его гнев.

И после этого Азирафель перестал орать. Сразу же сдулся и перешёл едва ли не на шёпот. Кажется, с трудом подбирал слова: настолько его резанул мой вопрос о его причастности.

Слава кому-нибудь, он хотя бы не стал загонять в стиле «да как ты мог такое обо мне подумать». Наоборот — сказал, что «не я, конечно, но я всё равно виноват» и что после всего произошедшего меньшего он от меня не ждал. С таким, не знаю, смирением, словно он готов выслушать ещё кучу обвинений, несправедливость которых понимаю даже я.

Когда-то я нечто подобное уже здесь писал. Что ж — дни идут, его настрой не меняется. Охренеть. Потянуло спросить: с чего мне честь-то такая? И «после всего произошедшего» — после чего именно? Но удержался, не спросил. Как будто мне было страшно услышать ответ, потому что если он мне не понравится (а он мне точно не понравится), то всё покатится в ебеня.

Вместо этого я уточнил, пытался ли он в самом деле искусить Искусителя. Он сказал: да, в Риме, спустя восемь лет после Распятия. Устрицами, узнав, что я никогда их не пробовал. Интересно, он в курсе вообще, что устрицы — это афродизиак? Или оно из-за ангельской наивности так двусмысленно получилось?

Казалось бы — радуйся, ангелок, кое-что да всплыло, хоть и мелочь. Но он скорее даже расстроился и сидел с выражением лица того деда из мемов, что скрывает за улыбкой боль.

Я снова поднял эту тему, пусть и рискуя тем, что мы снова будем друг на друга орать. Его примерный ответ:

«Если даже один-единственный фрагмент ты вспомнил с таким трудом, то как быть с остальными? Гавриил-то легко отделался, а ты лишился тысяч воспоминаний, почти за всю жизнь! Каждый раз будешь пытку себе устраивать? Да ты же на ногах теперь едва стоишь! Оно того не стоит. Я ТОГО НЕ СТОЮ».

Ладно, как минимум в одном он прав: Гавриил очень вовремя узнал, что с ним хотят сделать, успел воспользоваться подарком Вельз и потому почти ничего не потерял, хотя и походил в те дни на потерянного бездомного щеночка. И — чёрт, я-то ещё сегодня был уверен, что у нас ситуации схожи, но Гейб вспоминал В ХРОНОЛОГИЧЕСКОМ ПОРЯДКЕ, а «искушение» меня ангелом — явно не первое, что с нами произошло.

Более того — я теперь уже вообще не уверен, что назавтра этот обретённый проблеск сохранится. И если так, то принцип «терпи и вспоминай» действительно не работает. Что бы там Азирафель ни думал, я не мазохист. Я и правда после этой хуйни едва держу ручку в руках и готов отрубиться прямо на полу, и это вообще не прикольно.

В общем, я честно выразил вслух свои опасения и попросил его завтра спросить меня об устрицах. И не тянуть. Чтобы я точно не успел перечитать. Но не будить меня, пока сам не проснусь или кто знакомый не разбудит, а то чужаку в личном пространстве могу и пёрышки повыщипывать.

Посмотрим, как завтра отреагирую, не имея подспорья в виде заметок.

Ебал. Я. Это. Всё.

Проснулся разбитым в середине дня, еле сполз. Но сполз в итоге: змей я или кто? Не стал залёживаться дальше, ведь было стойкое ощущение: что-то изменилось вчера и должно измениться сегодня.

Оказалось, ни хрена подобного.

Снова незнакомый мне ангел, как и обещал, спросил об устрицах. А я стоял столбом и мотал головой: какие ещё устрицы? ты вообще кто?

Ну, хоть перья чужаку не выщипал, и на том спасибо. Хотя давайте честно: перед кем я там выёбывался вчера, когда грозился? Перед Азирафелем? Так он наверняка лишь из жалости сделал вид, что верит моим угрозам. Перед собой? Пытался убедить себя, что на следующий день буду не развалиной и действительно смогу перья кому-то там выщипать?

До этого момента не перечитывал, но как будто знал, с самого начала знал: я должен что-то со вчера помнить. Но не помнил. Ни устриц, ни ангела.

Всё было зря. Результата ноль, зато физически я теперь ни на что не годен. Напрасно только корячился вчера. С таким скрежетом выцепил проблеск воспоминания, чтобы на следующий день всё равно его проебать.

А ведь я надеялся, что сработает. Сам не осознавал, пока надежда не лопнула, как мыльный пузырь, но, сука, правда надеялся.

Это дурдом, и я сам в дурдоме. Точнее, это дурдом во мне. И я не знаю, что делать. И я устал.

А какой смысл придумывать многоходовки, если мне при любом раскладе хана? Не ангелы убьют, так демоны. Не демоны убьют, так (спасибо переёбанной памяти) всё равно медленно сойду с ума — без чьей-либо дополнительной помощи. Если каким-то чудом переживу Второе Пришествие, а память так и останется швейцарским сыром, лучше уж сам святой воды наглотаюсь. Лучше уж так, чем окончательно превратиться в ёбнувшееся нечто и в один прекрасный день оказаться неспособным вспомнить даже собственное имя. От того, чтобы сделать это прямо сейчас, останавливает

не знаю. Желание чисто из упрямства жить до последнего? Желание всё же спасти эту планету?

Хотя даже здесь от меня толку пока что не будет. Если Верхнему и Нижнему Офисам придёт в голову устроить глобальное мочилово прям сегодня, меня сможет одолеть любой. Мишень хоть куда: как наивный идиот, почти все силы угрохал на бессмысленные попытки вспомнить. Идиот, Кроули, ты. безмозглый. идиот.

Сбежал сейчас от всех. Ну, не прям с концами, это было бы совсем уж тупо, но в некотором роде всё же сбежал. Допишу это, спрячу тетрадку, перекинусь в змею и, наверное, заползу до поры до времени в какую-нибудь нору.

Перекинулся, заползать не стал. Снова дико потянуло в сон, в итоге отрубился где ближе диван был. Точнее, диванная подушка: в змеином облике очень удобно. И под солнечными лучами тепло.

Спойлер: всё уже видится не настолько драматичным.

Проснулся и увидел, как ангел сидит рядом с пророчествами индейцев майя на коленях, тянет ко мне руку, но так и не дотрагивается. Я оценил, что в личное пространство он не полез, хотя, очевидно, хотел, — но в то же время кольнуло досадой, потому что я не был против. В тот момент — не был. О чём я ему тут же и заявил: можешь погладить, если так уж хочешь, разрешаю, не сломаюсь. И даже сам к нему подполз.

Это было

приятно. Руки у него тёплые и ласковые. Но в то же время сильные, как у воина, хоть с оружием я его ни разу не видел, — да уж, вот вам и зефирка.

Чтобы избежать танцев на цыпочках вокруг себя, вскоре отстранился, перекинулся обратно в человека и заговорил сам. Сказал, что возвращение воспоминаний таким способом, как вчера, было бы сейчас не в приоритете, даже будь от него толк. Я должен быть в форме, а не в предобморочном состоянии, так что, мол, чувак, извини. Он согласился — повторил свои вчерашние слова, что оно того не стоит. Продолжения в виде «я того не стою» на сей раз не последовало, но я всё равно это услышал.

И мне (почему-то) не хотелось, чтобы он считал именно так — что я тоже в итоге решил, что ОН того не стоит. Потому спросил его скорее даже не из практических соображений, а с целью подбодрить: есть другие идеи?

Сработало. Он тут же оживился. И идея, оказывается, у него в самом деле есть. По его мнению, вчера я боролся со следствием, а нужно с причиной. То есть для начала попробовать выяснить: как же так произошло? Кто меня проклял?

Как по мне, очередной тупик. Я на тот момент далеко не все свои записи перечитал, лишь самую первую и самую последнюю, вчерашнюю, но вначале было сказано ясно: никакого постороннего влияния не выявлено. И тем не менее Азирафель всё равно уверен, что Гавриил и Вельзевул что-то упустили.

Очевидно, он пытался тонко намекнуть, что хочет оценить степень влияния сам, но прямо попросить не решился. Я потворствовать не стал и сделал вид, что намёка не понял (а он сделал вид, что не понял, что я сделал вид). Ну, как бы

одно дело — позволить ему по чешуе себя погладить (да, и по голове тоже, а ведь я сам стебался над Гавриилом из-за этого вчера, иронично вышло), но другое — позволить ему в эту самую голову залезть. Нет. Нет-нет-нет.

Не говоря уже о том, что

Ну. Честно, никогда не относился к кому бы то ни было иначе из-за рангов, но всё же нельзя не учитывать: Гавриил — Архангел, Вельзевул — Серафим, оба из Первого Лика, и никакие увольнения и Падения этого не изменят. Даже оба Офиса знают, что не изменят, раз теперь им нужен именно я. Следовательно, и в тонких материях они разбираются куда лучше. Маловероятно, что представитель Третьего Лика сможет заметить то, что не заметили ребята из Первого.

Но всё же что-то изменилось. Даже Азирафель проницательно заметил: «Ты стал гораздо спокойнее на меня реагировать. Вчера ты не говорил, что всё враньё и такого быть не может, ты принял новую информацию очень быстро. И даже сегодня был скорее расстроен, чем зол, а если и зол, то скорее на себя, чем на меня».

И вот тут я раскрыл карты. Потому что насчёт сегодня он оказался прав. Я ведь специально попросил его вчера поговорить со мной пораньше, чтобы я не успел ничего перед этим перечитать, — и я ВСЁ РАВНО КАК БУДТО ЗНАЛ, ЧТО ДОЛЖЕН ЕГО ПОМНИТЬ.

Ну, короче, да, теперь он в курсе, что я уже несколько дней фиксирую наше с ним взаимодействие. И как же он обрадовался. Даже несмотря на то, что я сразу предупредил: «Тебе не покажу, и не проси. Даже не надейся». Он ответил: «И в мыслях не было». Хотя, сдаётся мне, здесь он приврал.

И как-то стало

легче спокойнее проще.

Сейчас я даже думаю, что всё равно вчера корячился не зря. Я теперь знаю точно: этот ангел действительно был моим другом. И это не кто-то другой мне рассказал, пусть даже и доказательства представил, — это я сам увидел. САМ. Проблеск БЫЛ, и этого ничто у меня не отнимет, даже мой собственный работающий по таймеру мозг.

И восстановление сил в змеиной форме идёт быстрее. Это не новость, конечно, но сейчас я не боюсь, что не смогу перекинуться обратно в человека не против немного поползать, если от этого будет толк.

Ну и чего истерил, спрашивается? У смертных есть подходящий такой термин — «королева драмы». Вот да, это я.

А насчёт «наглотаюсь святой воды» — всё ещё считаю, что лучше так, чем впасть в слабоумие. Но, кто бы там меня ни проклял, — пока ещё я вполне в уме, так что не дождётесь.