Chapter Text
Идею завести кота Марте Хадсон, которую многие по-прежнему помнили как жену мистера Хадсона, хотя он давно уже умер, а она не особенно по нему и скучала, подкинули ее новые жильцы.
Они казались довольно милой молодой парой: он — детектив-инспектор в полиции, а она — патологоанатом в морге при больнице святого Барта. Они не были официально женаты, но для миссис Хадсон это не было чем-то из ряда вон выходящим — ни одна из пар, снимавших у нее жилье, не была расписана. Однако они стали первыми, кто решил поселиться у нее с домашним питомцем. Несмотря на немалые опасения, миссис Хадсон все же им это разрешила.
Их котик оказался прелестным созданием. Серый, спокойный, величественный и слегка упитанный, он не был дружелюбным в привычном смысле этого слова. Он мог сидеть у вас на коленях, если его туда посадить, и позволял себя гладить, пока не трогаешь его животик — его он оберегал особенно трепетно.
Жаль, что такого милого малыша назвали настолько чопорным именем — Майкрофт, однако мнения миссис Хадсон никто не спрашивал, поэтому она решила оставить его при себе. За несколько месяцев она очень привязалась к Майкрофту и в конце концов решила завести собственного питомца.
*
Сотрудница Королевского общества по предотвращению жестокого обращения с животными изрядно потрепала миссис Хадсон нервы — ходила за ней по пятам, задавала вопросы о жилищных условиях и высказывала свое мнение обо всех кошках, которые привлекали внимание миссис Хадсон.
Миссис Хадсон понимала, что та хочет помочь, и лишь поэтому не перебивала.
Так продолжалось до тех пор, пока она не остановилась перед клеткой с великолепным, просто потрясающим черным котом. Тот лежал, привалившись к дальней решетке, и вылизывал лапу, словно ему было безразлично, что о нем подумают. Он был длинношерстным, с пушистой мордочкой, а его хвост был таким объемным, что казался просто огромным. В нем было нечто царственное, как и в Майкрофте.
Миссис Хадсон с любопытством взглянула на информационную табличку.
«Шерлок», — гласила та. Какое же вычурное имя, прямо как у бедняжки Майкрофта!
— О, он милашка, правда? — произнесла сопровождающая. — Очень активный и любознательный котик. И, судя по тому, что я видела, довольно своенравный. Шерлок может оказаться слишком сложным для... ну, в общем…
«Для человека вашего возраста», — не договорила она, но миссис Хадсон и так поняла.
Ну и наглость! Миссис Хадсон еще не было и восьмидесяти. Она не какая-то там дряхлая бабка, стоящая одной ногой в могиле и не способная угнаться за активным котом, а женщина в самом расцвете сил!
Решив, что с нее довольно, миссис Хадсон выпрямилась во весь рост — да, она знала, что он невелик, но главное — это настрой, — и вызывающе вздернула подбородок.
— В таком случае, дорогуша, я больше не нуждаюсь в вашей помощи. Мне лучше знать, какого кота я ищу, а ищу я именно «сложного».
Шерлок прервал свои манипуляции и приоткрыл красивые зеленые глаза. Он медленно моргнул, глядя на миссис Хадсон, и она решила, что это знак одобрения.
— Отличненько, — кивнула миссис Хадсон и повернулась к невыносимой женщине, которая не сводила с нее взгляда. — Что нужно сделать, чтобы его укотовить?
*
Шерлок оказался совершенно не похожим на Майкрофта.
Конечно, были и чисто внешние различия. Шерлок был худым и длинным. Пожалуй, даже слишком. В первую неделю миссис Хадсон пыталась его откормить, но Шерлок почти не интересовался едой — ни кошачьей, ни человеческой, довольствуясь лишь базовым для выживания минимумом.
Еще выяснилось, что Шерлок гораздо разговорчивее Майкрофта. Миссис Хадсон иногда казалось, что он мяукает просто для того, чтобы слышать свой голос — он повадился проводить послеобеденное время и часть вечера, развалившись на диване, перекатываясь с бока на бок, мяукая и мурлыча, а также подчеркнуто не замечая ее, когда она подходила, чтобы его погладить.
Когда дело доходило до проявления чувств, Шерлок вел себя непредсказуемо — то навязчиво, то отстраненно. Иногда он следовал за ней по пятам, путался под ногами, терся о тапочки, мяукал и всячески привлекал внимание, пока она не наклонялась и не начинала его гладить.
В другие дни он вроде бы тоже ходил за ней, как привязанный, но при этом демонстративно игнорировал ее, прячась или убегая, когда она подходила слишком близко. (И миссис Хадсон, пытаясь понять разницу между двумя этими состояниями, обзавелась целой коллекцией царапин и укусов на руках.)
Как и говорила сотрудница Королевского общества по предотвращению жестокого обращения с животными, Шерлок оказался активным котом. Он был игрив, но по-своему — воротил свой маленький розовый нос от всех купленных ею мышек, мячиков и игрушек с кошачьей мятой, и от лежанки, на которую она, прямо скажем, потратила целое состояние, а вместо этого развлекался, играя с резинками, пузырьками из-под таблеток, обувью и даже с вытянутым из ведра мусором.
Еще Шерлоку нравились насекомые, но он никогда не охотился на них и не причинял им вреда. Напротив, он предпочитал сидеть и наблюдать за ними. Однажды миссис Хадсон застала его за увлеченным разглядыванием жука — тот полз по окну со стороны улицы. Зрачки Шерлока были расширены, пушистые уши подрагивали, а голова вертелась из стороны в сторону, словно этот жук был самым удивительным существом на свете. Когда миссис Хадсон смахнула насекомое со стекла, Шерлок дулся несколько часов, оглашая квартиру тоскливым мяуканьем.
В целом, Шерлок, возможно, и не был таким котом, о котором миссис Хадсон мечтала, когда приняла решение завести питомца, но она все равно его обожала и ничего бы не стала в нем менять.
А потом началась разрушительная фаза.
*
Почти два месяца спустя миссис Хадсон, проснувшись, обнаружила, что Шерлок, мурлыкая, гоняет по полу оторванные от стены обои.
— Эй! — воскликнула она. — Что ты сделал с моей чертовой стеной?
Мурлыканье прекратилось, и Шерлок сел, широко раскрыв глаза и настороженно навострив уши. Но когда миссис Хадсон опустилась на колени, чтобы осмотреть повреждения на стене — а на штукатурке остались десятки следов от когтей этого маленького негодника, — мурчание возобновилось. Шерлок затарахтел еще громче, как никогда довольный жизнью.
Не прошло и недели, как миссис Хадсон вернулась из «Теско» и обнаружила, что Шерлок подрал ковер прямо перед входной дверью. Сам Шерлок, как сфинкс, лежал и смотрел на обрывки так, словно ожидая, что они вот-вот зашевелятся. Его хвост, казавшийся еще более пушистым, чем обычно, нервно бил по полу.
— Шерлок! — укоризненно крикнула миссис Хадсон, уронив сумки. От грохота Шерлок подпрыгнул и бросился наутек.
Когда он успокоился и вышел из укрытия, гнев миссис Хадсон немного поутих. Она позволила ему забраться к ней на колени, потереться о ее ноги и уткнуться головой ей в подбородок.
— Ты что, пытался сбежать? — спросила она, нежно почесывая его за ушком. — Ты ведь знаешь, что случается с кошками на улице? Они могут подхватить всякую заразу и попасть под машину. А мы же не хотим, чтобы с тобой произошло нечто подобное, правда?
Конечно, он ничего не ответил, и вскоре она обнаружила, что он разодрал ковер в спальне.
Затем Шерлок начал бить посуду, жевать комнатные растения и блевать на ковры. В любое время суток он бросался на двери, пока те не захлопывались с оглушительным грохотом.
— Похоже, ему просто скучно, — предположила Молли, когда однажды вечером миссис Хадсон не выдержала и заглянула поболтать. До этого Шерлок опрокинул миску с водой, а потом разорвал тряпку, которой миссис Хадсон вытерла пол. — Мне кажется, ему не хватает друга. Может, стоит познакомить их с Майкрофтом? Вдруг они поладят?
*
Знакомство с Майкрофтом обернулось настоящей катастрофой.
Шерлоку понравилось подниматься по лестнице — на руках у миссис Хадсон он вытянулся во весь рост и впился когтями ей в плечо, постоянно принюхиваясь и подергивая своим маленьким носиком. Она остановилась на повороте лестнице и дала ему понюхать стену. Шерлок пришел в бурный восторг и замурлыкал от удовольствия.
Не меньше ему понравилась квартира Грега и Молли. Как только миссис Хадсон опустила его на пол, он сразу же принялся исследовать пространство: обнюхал ковер, пролез под длинными развевающимися шторами, потерся о диван и даже подергал за шнурки на ботинках Грега.
А Майкрофт... что ж, Шерлок Майкрофта сразу же невзлюбил, что было особенно досадно, ведь Шерлоком Майкрофт очень заинтересовался.
Когда Майкрофт впервые увидел Шерлока, тот стоял передними лапами в камине. Уши Майкрофта встали торчком, а хвост, который до этого безвольно свисал вниз, трубой взметнулся вверх — миссис Хадсон еще не видела его таким настороженным. Потом он подскочил и бросился на Шерлока.
Это была не самая удачная попытка произвести первое впечатление, и миссис Хадсон не осуждала Шерлока за его реакцию. Он развернулся, ударил Майкрофта по носу и попытался сбежать. Майкрофт бросился в погоню, и следующие пять минут стали самыми волнительными для миссис Хадсон со времен суда над ее мужем.
Грег безуспешно пытался поймать Майкрофта, который оказался удивительно проворным для своей комплекции и легко от него ускользал, а Молли ахала и причитала:
— Майкрофт! Ох, мне так жаль… Он никогда раньше так себя не вел... Майкрофт! Оставь его в покое!
Однако Майкрофт не собирался оставлять Шерлока в покое. Он преследовал его, перебегая из одного угла комнаты в другой. И только когда миссис Хадсон громко затопала ногами и закричала: «Немедленно прекратите! А ну-ка брысь отсюда!» — Майкрофт наконец-то успокоился. Усевшись неподалеку, он не сводил взгляда с Шерлока, его зрачки расширились, а хвост подрагивал от напряжения.
Шерлок же, напротив, шипел и выл. Его хвост распушился, как ершик для унитаза, а шерсть на спине встала дыбом. Сначала он даже не подпустил к себе миссис Хадсон — так, бедняжка, перенервничал.
«Майкрофт — задира, — решила миссис Хадсон. — Гадкое чудовище». Неужели она когда-то его любила? Все, теперь она знать его не желает!
— Все в порядке, — проворковала она, когда Шерлок наконец успокоился и позволил ей взять себя на руки и отнести вниз. Каждый раз, когда она гладила его по спине, ее пальцы покрывались волосками его прекрасной черной шерсти. — Ты больше никогда его не увидишь.
Позже к ним заглянула Молли. Она села, сложив руки на коленях, а миссис Хадсон невозмутимо подала ей чуть теплый чай и черствое печенье.
— Мне очень-очень жаль, — произнесла Молли. — Майкрофт никогда раньше не общался с другими кошками, по крайней мере, с тех пор, как мы его взяли. Думаю, он просто немного перевозбудился. Грег считает, что он пытался поиграть с Шерлоком.
«Чудовище», — мысленно припечатала миссис Хадсон и поджала губы, чтобы не произнести это вслух.
— А вы не думали, — продолжила Молли, — завести еще одного кота? Такого, чей характер больше подойдет Шерлоку?
*
Сегодня в приюте при Королевском обществе по предотвращению жестокого обращения с животными было больше посетителей, чем в прошлый раз, поэтому миссис Хадсон никто не сопровождал, и это было весьма досадно. Сейчас ей хотелось хорошенько кого-нибудь порасспрашивать.
Общался ли этот кот с другими животными? Умеет ли себя вести? Станет ли Шерлоку хорошим другом или будет издеваться над ним и гонять по всей квартире?
Миссис Хадсон прошла мимо белого пушистого комочка с маленькими ушками, пятнистого кота с носочками на лапках, изящной серо-белой красавицы и черного кота с белыми пятнами и округлым животиком. Она бы не обратила внимание на рыже-белого кота, если бы он не просунул лапу между прутьями клетки и не коснулся ее локтя, будто бы говоря: «Эй, не так быстро!»
Миссис Хадсон остановилась и повернулась к нему, и, поймав ее взгляд, кот перевернулся на бок и мило заморгал.
— Ой, — умилилась она. — Привет. Ты кто такой?
«Джон, — сообщила ей информационная табличка на клетке. — Кот, возраст — около четырех лет».
— Хм. Джон. — Такая кличка куда лучше, чем Шерлок, это уж точно.
Миссис Хадсон просунула указательный палец между прутьями решетки и погладила его по лбу. Он довольно замурчал и выгнулся, наслаждаясь лаской.
— Какой же ты милашка, — проворковала она, пока он позволял ей чесать себя за ушами и под подбородком. — Очень, очень милый. Как ты ладишь с другими котами, а?
Конечно, Джон не мог ответить, но он снова потянулся через прутья, чтобы коснуться ее рукава. Его хвост слегка покачивался в такт движениям, и миссис Хадсон услышала тихое мурлыканье.
— Моему коту очень нужен друг. Как считаешь, ты мог бы им стать? Правда, у него был неудачный опыт общения с другим котом. Поначалу тебе может быть непросто. Что скажешь?
Миссис Хадсон понимала, что его дружелюбие по отношению к ней не обязательно означает, что он будет таким же с Шерлоком. В конце концов, даже Майкрофт вел себя с ней мило.
Однако Джон казался гораздо более ласковым, чем Майкрофт. Сейчас он уткнулся носом в ее ладонь и урчал, словно трактор. Майкрофт никогда не позволял себе таких нежностей.
Да, этот кот ей подходил. Отличный выбор.
— Что ж, прекрасно, — сказала она. — Посмотрим, что скажет Шерлок.
*
Шерлок встретил миссис Хадсон, как только та с трудом втащила в квартиру переноску, которая оказалась на удивление тяжелой, учитывая компактные размеры Джона. Шерлок тщательно принюхивался, понимая, что что-то изменилось.
— Шерлок, возможно, тебе лучше отойти, — сказала миссис Хадсон. — Если все пройдет, как в прошлый раз, тебе понадобится фора.
Конечно, она надеялась, что этого не произойдет, но лучше перестраховаться. Она отодвинула переноску подальше от Шерлока, который, к счастью, не стал подходить ближе, чтобы изучить ее получше, а остался сидеть на месте, с интересом склонив голову набок.
Но как только Джон вылез наружу, Шерлок отпрянул, выгнул спину и распушил свой и без того огромный хвост. Джон сразу же его заметил и замер. Несколько долгих секунд они просто смотрели друг на друга, а миссис Хадсон осторожно опустилась на колени, приготовившись вмешаться в случае необходимости.
Затем Джон, широко открыв глаза и высоко подняв хвост, начал медленно приближаться к Шерлоку. Тот прижал уши, оскалился и протяжно зашипел. Сердце миссис Хадсон, и без того бешено колотившееся, заколотилось еще сильнее, когда Джон, ничуть не смутившись из-за прохладного приема, продолжил красться вперед.
«Кажется, я все испортила», — встревожилась миссис Хадсон.
Шипение Шерлока переросло в рычание, и Джон замер в нескольких футах от него. Он потянулся к Шерлоку — удивительно, каким длинным оказалось его тело, ведь Джон был совсем не крупным котом; принюхался — его нос дернулся раз, другой — и, развернувшись, спокойно ушел исследовать квартиру.
На морде Шерлока отразилось потрясение (что ж, миссис Хадсон как никто его понимала). Облегчения, в отличие от нее, он явно не испытывал.
— Что ж, по крайней мере, он не собирается гонять тебя по квартире, — произнесла миссис Хадсон и встала.
*
В течение первых нескольких дней Шерлок преследовал Джона, стараясь, однако, сохранять дистанцию в несколько футов. Он провожал Джона к лотку, миске с едой и к подоконнику, где тот спал после обеда.
Большую часть времени Джон делал вид, что Шерлока не существует. Лишь изредка, вылизываясь, он отрывался от своего занятия, чтобы взглянуть на него, а затем оборачивался к миссис Хадсон, словно спрашивая: «Что, черт возьми, он делает?»
— Ох, милый, я тоже не знаю, — отвечала миссис Хадсон. Джон с минуту молча обдумывал ее ответ и возвращался к гигиеническим процедурам.
Это было далеко от того дружеского общения, на которое надеялась миссис Хадсон. Однако после появления Джона Шерлок перестал крушить квартиру, и она пришла к выводу, что эксперимент удался.
К тому же ей очень нравился Джон.
Он с радостью играл с игрушками, от которых Шерлок воротил нос, и с удовольствием спал на мягкой лежанке, на которую миссис Хадсон потратила кучу денег. Когда она звала его, он всегда прибегал, а когда она гладила его, то забирался к ней на колени. По ночам он устраивался у нее в постели, согревая ее ноги своим теплом. В целом Джон оказался очень милым и послушным котом.
— Ты ведешь себя нелепо, — попеняла она Шерлоку однажды утром, когда тот заглянул на кухню — понаблюдать за Джоном, который неторопливо пил воду в другом углу. — Он почти не обращает на тебя внимания, а ты ведешь себя так, будто он преступник.
Когда Джон допил и стал вылизывать лапы, Шерлок попятился и бросился наутек. Миссис Хадсон вздохнула и вернулась к мытью посуды.
*
Однажды после обеда миссис Хадсон прилегла отдохнуть. Проснувшись, она пошла в гостиную и обнаружила Шерлока, уютно свернувшегося на кошачьей лежанке.
Не сразу осознав, что происходит, она нахмурилась.
— Что с тобой? Ты никогда раньше ей не пользовался.
Шерлок вздрогнул от звука ее голоса, моргнул, а затем потянулся, свесив передние и задние лапы с лежанки. Устроившись поудобнее, он повернулся к окну — из-за шторы виднелся кончик хвоста Джона, лениво покачивавшийся из стороны в сторону.
— Ох, — вздохнула миссис Хадсон. — Ох, Шерлок.
*
— Кажется, у него любовная тоска, — сообщила она Молли на следующий день. (Миссис Хадсон почти простила ее за неприятную ситуацию с Майкрофтом. В конце концов, они с Грегом — хорошие люди и могли не знать, что их кот — высокомерный задира.)
— Ого, — удивилась Молли, — я даже не представляла, что коты могут влюбляться.
— Этот — может, — уверенно сказала миссис Хадсон.
Шерлок действительно влюбился. После случая с кошачьей лежанкой это стало совершенно очевидно.
Например, сегодня утром, после того как Джон наигрался со своей любимой мышкой с кошачьей мятой (это было очаровательное зрелище — Джон, затаившись, набрасывался на мышку с такой силой, что проезжал по полу пару-тройку футов), Шерлок решил взять дело в свои лапы — схватил мышку зубами и подбросил ее в воздух. Когда игрушка упала, он поднял ее и уже собирался подбросить снова, но потом увидел, что Джон пошел к лотку. Тогда Шерлок сразу же бросил мышку и, казалось, просто забыл о ее существовании.
— Что ж, — заключила Молли после небольшой паузы, — уверена, у него все получится.
Миссис Хадсон, конечно, тоже на это надеялась.
Вернувшись домой, она увидела, что Шерлок носится по гостиной с игрушкой на веревочке, а Джон сидит на ковре и удивленно наблюдает за происходящим. Шерлок, явно довольный собой, гордо вскинул голову, словно королевский выставочный жеребец.
Однако вскоре Джону, видимо, надоело это представление, и он вернулся к вылизыванию своей задницы. Тогда Шерлок отбросил игрушку и с угрюмым видом зашагал прочь.
Миссис Хадсон обнаружила его в спальне — он устроился в углу на недавно порванном ковре и дулся.
— Все дело в том, что ты отверг его при знакомстве, — объяснила миссис Хадсон. — Теперь тебе придется стараться в два раза усерднее.
Шерлок положил голову на сложенные лапы и прикрыл глаза.
— Бедняжка, — заворковала миссис Хадсон. — Не волнуйся. Он придет в себя.
Она насыпала немного кошачьей мяты в миску и оставила ее на кухне. Сразу же прибежал Джон и с головой нырнул в миску, а затем плюхнулся прямо в центр, перевернул и разбросал кошачью мяту в радиусе нескольких футов.
Через пару минут пришел Шерлок и, остановившись на пороге, с недоумением уставился на них обоих.
— Ну же, — подсказала миссис Хадсон. — Я ведь не просто так принесла мяту. Она успокаивает и снимает напряжение. Прекрасная возможность подружиться и узнать друг друга поближе.
Джон блаженно переворачивался с бока на бок. К его шерсти прилипли кусочки кошачьей мяты. Шерлок понаблюдал за ним еще минуту, а потом просто растянулся в дверях и опустил голову, пожирая Джона тоскливым взглядом.
— Ох, Шерлок, — вздохнула миссис Хадсон. — Ты просто болван.
Вечер Шерлок провел, лежа то на кухне посреди рассыпанной Джоном кошачьей мяты, то перед телевизором, где Джон дремал на лежанке. Лежа он выглядел особенно грациозно и красиво. Его черная шерсть, густая и блестящая, переливалась на свету, однако, как ни удивительно, но единственной, кто обратил на это внимание, была миссис Хадсон.
— Ты и правда ничего не понимаешь в ухаживаниях, да? — посетовала она. — Повезло, что у тебя нет конкурентов. Такими темпами он бы уже обзавелся кошечкой и парой котят.
*
Посреди ночи миссис Хадсон проснулась от громкого стрекочущего звука, доносившегося из глубины квартиры. Она предположила, что это кто-то из котов, хотя раньше никогда не слышала, чтобы Шерлок или Джон так шумели.
Встревоженная, она встала с постели и поспешила на шум, который, как оказалось, шел из кухни. Включив свет, она увидела Шерлока, сидевшего на столе и немигающим взглядом уставившегося в потолок. Его хвост возбужденно дергался, усы подрагивали, и он издавал протяжные чирикающие звуки.
Миссис Хадсон подошла ближе и, подняв взгляд, не увидела ничего необычного.
— Господи, Шерлок, — сказала она, — ты до чертиков меня напугал. Я даже не знала, что ты можешь так трещать. И вообще, ты же знаешь, балда, тебе нельзя залезать на стол.
Шерлок, конечно, ее проигнорировал. Он лишь слегка пошевелился и продолжил щебетать.
За спиной миссис Хадсон раздался шорох, и она резко обернулась. Однако это был всего лишь Джон, который, помахивая хвостом, вошел на кухню. Он направился к столу, забрался на него и, усевшись рядом с Шерлоком, стал внимательно изучать потолок.
— Тебе тоже сюда нельзя, — вздохнула миссис Хадсон, но не успела она прогнать ни одного из них, как Джон тоже начал шуметь. Не чирикать, как Шерлок, а коротко мяукать.
«Там, наверное, что-то есть», — подумала миссис Хадсон, обошла стол и, прищурившись, наконец-то увидела, в чем дело.
Это был мотылек — довольно маленький, светло-серый, почти сливавшийся с тенями на потолке. Он не шевелился, хотя явно был жив. Она сомневалась, что Шерлок с Джон устроили бы такой переполох из-за дохлой бабочки.
— Ладно, я вас поняла, — сказала она, но коты не обратили на нее внимания. Вряд ли они скоро успокоятся. — Дайте мне минутку, я схожу в туалет и избавлюсь от него.
Миссис Хадсон ненадолго вышла, чтобы справить нужду, затем надела самый теплый халат, взяла метлу и вернулась на кухню.
Удивительно, но коты замолчали и слезли со стола, хотя далеко не ушли — просто устроились на полу. Шерлок сидел неподвижно, как сфинкс, а Джон кружил вокруг него. Из передних лап Шерлока отчаянно пытался вырваться мотылек. На мордочке Шерлока появилось заинтересованное выражение, как всегда, когда он имел дело с насекомыми. Движения Джона выдавали в нем охотника: напряженная сосредоточенность, плавная скользящая поступь. Он был похож на маленького тигра, выслеживающего добычу.
На глазах у миссис Хадсон мотылек предпринял попытку взлететь, поднявшись чуть выше головы Шерлока, однако Джон ловко прыгнул и поймал его. Мотылек снова оказался на полу, а Шерлок и Джон бросились к нему и опять заняли свои позиции. Шерлок зажал его лапами, а Джон окружил, не давая возможности уползти.
Однако на этот раз Шерлок не обращал внимания на мотылька. Его взгляд был прикован к Джону. И когда мотылек вновь попытался взлететь, а Джон вновь его поймал, маленькие пушистые ушки Шерлока заинтересованно дернулись, а глаза засияли.
Миссис Хадсон поняла, что у нее не хватит духу испортить этот момент.
— Что ж, — сказала она, — похоже, у вас все наладилось. Пойду-ка я спать. Спокойной ночи.
Выходя из кухни, она услышала, что мотылек снова пытается улететь, а коты снова спешат его поймать.
*
Утром квартира встретила ее тишиной. Миссис Хадсон впервые за несколько недель замерзла — сегодня ночью Джон не грел ей ноги.
Она надела тапочки и отправилась в гостиную, где обнаружила Шерлока и Джона на кошачьей лежанке. Джон свернулся калачиком в центре и крепко спал, положив голову на лапы, а Шерлок лежал рядом и вылизывал Джона за ухом.
— О, — сказала миссис Хадсон. — Понятно. Видимо, ты все же знал, что делать, да?
Шерлок едва заметно дернул ухом в знак согласия, затем наклонил голову и с большим энтузиазмом лизнул Джона в уголок челюсти. Джон, вздрогнув, проснулся, потянулся и, перевернувшись, подставил Шерлоку шею.
Миссис Хадсон улыбнулась и пошла готовить завтрак.